Ты сидел? Ну хоть служил?

Я всегда говорю — самая большая проблема российской оппозиции в том, что она почти поголовно не была ни в армии, ни в тюрьме. Чтобы понимать эту страну, в ней обязательно надо отслужить или отсидеть.

Сейчас вот российская прогрессивная общественность открыла для себя пытки. «Посмотрите, какой ад», «Раньше мы об этом только читали, а теперь посмотрите своими глазами».

Почти поголовный инфантилизм, как и было сказано.

Взрослеть в этой стране в девяностые и в нулевые и остаться в стороне от всего этого — это надо было суметь, конечно.
Я служил в Моздоке в девяностых. Если ты за день десять раз не получил пиздюлей — день прошел зазря. Мной выбили окно в туалете — слава богу, я упал внутрь, а не на улицу. Мне хотели прострелить руку шомполом, заряженным в АК с холостым патроном. Шомпол вошел в стену сантиметров на пятнадцать. 

Меня избивали так, что я валялся в собственной кровавой юшке на полу, а Саид стряхивал на меня пепел и предлагал изнасиловать. А я зажал в руке полуметровый осколок стекла и решил, что буду отбиваться им. «Витаминов у тебя не хватает, кушать надо лучше» — сказал мне Тимоха, когда я выплюнул на ладонь и протянул ему мои раскрошенные им же зубы. Со старшиной, старшим прапорщиком Савченко, мы на ночь ставили кровати вдоль стен в каптерке, чтобы не прострелили через дверь. Я уходил из казармы и сутками жил в степи под кустом, в госпитале, в нашей подбитой «шишиге», у летчиков под шелковицей.

И это был ни фига не Путин. Нифига никакие не инопланетяне, захватившие власть в этой стране. Обычные русские пацаны. Мальчишки, в общем-то, девятнадцати двадцати лет.

Как и эти пацаны, обычные русские молодые мужики лет двадцати пяти, которые пытают человека. Который, как выясняется, сидит ровно за то же самое — умышленное причинение вреда человеку.

Это и есть ваша страна. Это и есть — Россия. И она ни кем не захвачена. Она вот такая вот. Где все пиздят всех. Где обычный человек избивает другого человека, а потом обычные молодые парни берут этого обычного человека, расстилают его голым на столе и методично, сосредоточенно, разрываеют ему вены на ногах дубинками, пять минут, десять минут, вытирают пот, меняются, и — пиздят, пиздят, пиздят.

Я не буду выкладывать это видео, я не люблю смотреть, как избивают людей. Я видел это много-много раз. Своими глазами. Я сам через все это прошел.

А потом эти парни идут домой, обнимают детей, обнимают жену, и выкладывают с сыном фотографии в «Одноклассники». Хорошие любящие отцы с сыновьями на прогулке.

Яблоков Максим Дмитриевич, сотрудник отдела безопасности. Бровкин Алексей Николаевич, сотрудник отдела безопасности. Трубетской Василий Владимирович, начальник 13-го отряда. Калашников Иван Сергеевич, заместитель начальника колонии по воспитательной работе. Морозов Александр Владимирович, сотрудник отдела безопасности.

Вы нихрена ничего не знаете про свою страну, друзья мои.

Вы живете в своем окуклившимся мирке, где проклятый Путин захватил и изнасиловал бедную прекрасную светлую Россию, где с улыбкой можно спрашивать Захара Прилепина, убивал ли он людей, и вообще нихрена не понимаете, какая страна вас окружает. Что происходит уже в ста километрах от вашей замечательной Никольской с её кокшниковым мундиалем. Что фашизм в этой стране не наступает. Что он в ней наступил уже давным двано. Что вот это и есть Россия. В которой обычные русские люди пытают, убивают, издеваются, уничтожают друг друга, все всех, что это и есть её обычное нормальное состояние, что фоточки с сыном на руках и избитый человеком под ногами совершенно спокойно уживаются в одной и той же голове. Я два с половиной года с этим вашим народом прожил в одной казарме. И видел это такую чертову тысячу раз, что даже для меня это стало обыденным.

А когда вам рассказывают, вы поднимаете вой про «радикализм», муждабаевщину и бабченковщину.
И все ждете, когда русский народ скинет иго Путина.

Страшно далеки они от народа (с)

Инфантилизм, как и было сказано.

Аркадий Бабченко

Другие новости и советы по теме: