Как появились синагоги?




Первые синагоги появились в Иерусалиме еще в ту пору, когда стоял во всем своем великолепии Второй Храм. Какую роль они играли? Конкурировали с Храмом или, отвечая росту духовных потребностей народа, были местом жертвоприношений?

Сокрытое во тьме веков
На территории Израиля были обнаружены более ста древних синагог, строившихся с начала Хасмонейского периода (конца II века до н. э.) и вплоть до Византийской эпохи (VII века н. э.). Большая часть построена уже после разрушения Второго Храма (70 г. н. э.). Многочисленные упоминания в раввинистической литературе периода Мишны и Талмуда свидетельствуют о том, что к этому времени синагога, молитвы в которой заменили храмовые жертвоприношения, стала важнейшим институтом еврейской жизни, взявшим на себя часть функций разрушенного Храма. Вместе с тем, некоторые синагоги появились еще тогда, когда Храм был. Зачем они были нужны? Где они появились раньше — в Израиле или за его пределами?

Увы, возникновение синагог скрыто от нас во тьме веков. Одни исследователи датируют это событие периодом Первого Храма, другие относят его к периоду Второго Храма — началу эллинистической эпохи, или даже к ее середине, а именно — ко времени правления Хасмонейской династии. Известный израильский археолог, профессор Исраэль Левин в своем обширном исследовании древних синагог утверждает, что этот институт стал формироваться лишь в эллинистическую эпоху, при этом, он предлагает рассматривать «городские ворота», многократно упомянутые в Танахе и относящиеся к периоду Первого Храма как институт, непосредственно предшествующий синагоге.

Но даже если время возникновения первых синагог неизвестно, мы обладаем достаточным количеством свидетельств, как в раввинистической литературе, так и среди археологических находок, подтверждающих центральное место этого института в повседневной жизни еврейской общины, начиная с периода правления Хасмонеев и вплоть до разрушения Второго Храма, и в Израиле, и за его пределами.

Самым древним из подобных свидетельств является написанное на греческом языке посвящение, которое было найдено в Египте и относится к периоду правления Птолемейской династии (III век до н. э.). В нем сообщается, что евреи посвящают «дом молитв» (προσευχή) царю Птолемею, его жене Беренике и их детям. Правда, строений такого рода в Египте обнаружено пока не было, об этом есть лишь письменные свидетельства – надписи и папирусы, где упоминаются синагоги или «дома молитв».

Синагога как место для философских дискуссий
Важно подчеркнуть, что, исследуя роль синагог в период существования Храма, следует с особой осторожностью относиться к поздним источникам, способным ввести в заблуждение своими описаниями действительности более ранних эпох. Как уже было сказано, синагоги множество раз упоминаются в раввинистической литературе, но, как правило, там отражены представления, характерные для периода после разрушения Храма, вовсе не обязательно соответствующие тем, что были до этого.

Обнаруженная в Египте надпись свидетельствует о существовании синагог уже в III веке до н. э., однако не дает представления ни о значении, ни о роли синагоги. Историческими же источниками, упоминающими институт синагоги, существовавший до разрушения Второго Храма, являются относящиеся уже к I веку книги Иосифа Флавия, Филона Александрийского, а также – Новый Завет. Из них ясно следует, что синагоги служили прежде всего для чтения и изучения Торы.

Так, Филон Александрийский пишет в своей книге «О жизни Моше»: «Поскольку это было неизменным обычаем, желательным и в другие дни, но в особенности на седьмой день, как я уже объяснял, обсуждать вопросы философии; учитель начинал объяснение, обучая остальных тому, что они должны делать и говорить, народ же слушал, желая умножить свою добродетель и стать лучше как в своих нравах, так и в жизни, исходя из этого обычая, евреи и по сей день ведут философские дискуссии на седьмой день, обсуждая философию своих отцов и посвящая этот день изучению знаний и природы; ибо, что есть их молитвенные дома в разных городах, если не школы воспитания мудрости, мужества, сдержанности, справедливости, благочестия, святости и всякой иной добродетели, которые составляют, обретая надлежащее место, наши обязанности в отношении как к божественному, так и к людям?»

Схожее описание приводит Иосиф Флавий в книге «Против Апиона». И хотя он, как и Филон, не упоминает конкретного названия места, в котором происходит собрание, оно вполне соответствует синагоге: «Он (Моше) даже не оставил возможности оправдаться неведением, поскольку сделал знание законов (Торы) самым важным и непременным условием воспитания, повелев слушать чтение (Торы) не раз, не два и даже не несколько раз, но каждую неделю, прекращая всякую работу в седьмой день и собираясь для чтения законов и подробного их изучения, чем, насколько мне известно, другие законодатели совершенно пренебрегли».

Таким образом, во времена существования Храма синагога отнюдь не служила его альтернативой, являясь местом собраний, на которых изучали и читали Тору, иными словами, вовсе не была подобна жертвенникам в период Первого Храма. Хотя в «Иудейских древностях» Иосиф Флавий отмечает, что в синагоге города Сардиса, расположенного в Малой Азии, евреям разрешалось приносить жертвы. Известно, что во II веке до н. э. в египетском Гелиополисе в храме Хонио (Ониаса) совершались жертвоприношения. Неизвестно, действительно ли что-то подобное тому, о чем сообщает Флавий, происходило в Сардисе. Так или иначе, речь идет об одном единственном упоминании, и никаких других источников, указывающих на то, что в синагогах приносились жертвы, нам сегодня не известно.

Описание синагоги как места, служащего для изучения и чтения Торы, обнаруживается и в Новом Завете. Ешуа (Иисус), живший, как известно, до разрушения Храма, начинает свою проповедническую деятельность в Галилее после ареста Иоанна Крестителя. Он обходит синагоги в Назарете, Кфар Нахуме (Капернауме) и других местах Галилеи. При этом, проповедуя свое учение, он читает Тору и пророков, как правило, по субботам. Наконец, еще одним свидетельством роли синагог в период Второго Храма является найденная французским археологом Раймоном Вейлем в Граде Давидовом (в Иерусалиме) в 1913 году «надпись Теодотуса» – каменная плита с высеченным на ней текстом на греческом языке следующего содержания:

«Теодотус, сын Ветенуса, священник и глава синагоги, сын главы синагоги, внук главы синагоги, построил эту синагогу для чтения Торы и изучения заповедей, а также постоялый двор, комнаты и резервуары с водой для пристанища нуждающимся из чужих краев. Основали же ее его отцы, старейшины и Симонидас».

Таким образом, эта надпись, датируемая I веком, упоминает человека по имени Теодотус, являющегося уже в третьем поколении главой синагоги. Из надписи также следует, что наряду с чтением Торы и изучением заповедей синагога предназначалась также для обеспечения «пристанища нуждающимся из чужих краев», то есть приходящих в Иерусалим паломников. Сама надпись и другие каменные обломки, как видно, относящиеся к зданию, были найдены в водосборной яме. Ясно, что их сбросили туда, но как видно, принесли из расположенного неподалеку места. Другими словами, синагога располагалась где-то поблизости. Таким образом, эта найденная в Иерусалиме и относящаяся к периоду существования Храма надпись приобретает особенное значение, показывая, что синагоги в то время были даже в Иерусалиме, причем в непосредственной близости от Храма. Стоит заметить, что надпись Теодотуса, помимо этого, стала также первым из найденных археологических свидетельств, подтверждающих, что синагоги в период Второго Храма были, хотя само строение и не сохранилось.

Все упомянутые до сих пор источники были написаны на греческом языке, и для обозначения понятия в них использовались либо слово συναγωγή – «синагога» (что на греческом буквально означает «собрание»), либо слово προσευχή – «дом молитв». В то время как первое из слов не указывает на характер деятельности, ведущейся в здании, а лишь на то, что речь идет о собрании, второе ясно свидетельствует об использовании строения для молитв. В то же время, во всех этих источниках нет ни малейшего указания на то, какой была молитва в синагогах во времена Храма, хотя очевидно, что она отличалась от сложившейся уже после его разрушения.

Филон Александрийский использует термин «дом молитв», в то время как Иосиф Флавий, за исключением одного случая, а также Новый Завет — «синагогу». Не исключено, что это указывает на разницу между синагогами в Израиле и в диаспоре. Можно предположить также, что разные названия отражают различия в проводившейся там деятельности. Похоже, что до разрушения Храма молитва играла более важную роль в синагогах за пределами Израиля.

Таким образом, синагоги в эпоху Второго Храма в большей мере предназначались для изучения Торы, чтения Торы и молитв. При этом, как становится ясно из исторических источников, параллельно там велась и другая общественная деятельность: сбор пожертвований, заседания суда и политические собрания, кроме того, там же мог быть обеспечен и приют для паломников.

Многочисленные упоминания синагог или домов молитвы в источниках, относящихся к I веку н. э., свидетельствуют о том, что к концу периода Второго Храма синагоги заняли центральное место в национальной жизни, став неотъемлемым атрибутом еврейской общины в городах и поселках, в Израиле и за его пределами.

Масада, Иродион и Гамла
Одно из самых древних строений, идентифицируемых учеными как синагога, находится как раз за пределами Израиля – на крошечном острове Делос в Эгейском море, освященном древними греками, считавшими его местом рождения Аполлона и Артемиды. Синагога датируется I веком до н. э. и по своему строению значительно отличается от синагог, найденных в Израиле. Здание было идентифицировано как синагога французским археологом Андре Плассаром, обнаружившим его в 1912 году, на основании надписей, посвященных «Теосу Гипсистосу» (Б-гу Всевышнему). Вместе с тем, позднее некоторые исследователи оспорили версию Плассара, и сегодня мнения по поводу того, считать ли здание синагогой, расходятся.

Так или иначе, сегодня нам известно о шести строениях в Израиле, которые принято считать синагогами периода Второго Храма. Помимо этого, есть еще ряд строений, по поводу которых идут споры. Первое из зданий, идентифицированных как синагоги, было обнаружено археологом (и вторым начальником Генштаба израильской армии) Игаэлем Ядином в Масаде в 1963 году. По мнению известного израильского археолога Эхуда Нецера, эта синагога не была частью дворцового комплекса, воздвигнутого в крепости для царя Ирода, но была построена сикариями, захватившими Масаду в ходе восстания против римлян (Первой иудейской войны).

Повстанцы использовали уже существующее строение, изменив его внутреннюю структуру. Синагога в Масаде представляет собой прямоугольное строение размером 10,5 на 12,5 метра, к северо-западному углу которого была пристроена дополнительная комната размерами 3,6 на 5,5 метра. По центру здания проходят два ряда колонн, а вдоль стен четырьмя ступенями протянулись ряды каменных скамей, покрытых белой штукатуркой.

Как стало ясно, что это строение служило синагогой? Прежде всего очевидно, что речь идет о здании, предназначавшемся для проведения собраний: об этом свидетельствуют ступенчатые ряды скамей, установленные вдоль стен. Кроме того, на полу был обнаружен остракон (черепок глиняного сосуда) с надписью «маасеркоэн» («десятина коэна»), во внутренней же комнате, в ямах, вырытых в полу, были найдены отрывки из свитков книг Танаха «Дварим» и «Йехезкель». Эта находка позволила предположить, что комната служила местом хранения или генизой (местом захоронения) священных свитков.

В 1963 году итальянский археолог и монах францисканец п-р Виргилио Корбо обнаружил синагогу в Иродионе, расположенном на территории, которая в тот момент была оккупирована Иорданией. Вскоре выяснилось, что с архитектурной точки зрения это здание напоминает синагогу в Масаде. В Иродионе, как и в Масаде, царь Ирод воздвиг в свое время дворец, защищенный крепостью. В ходе Первой иудейской войны комплекс тоже был захвачен повстанцами, приспособившими находящиеся там строения для своих нужд. Синагога была оборудована в гостином зале дворца, крышу которого поддерживали два ряда колонн. Вдоль трех из его стен повстанцы соорудили каменные скамьи, использовав для этого кладку, взятую из других частей дворцового комплекса.

Синагога в Гамле на Голанских высотах была обнаружена израильским археологом Шмарьягу Гутманом в 1976 году, в первом же сезоне начавшихся там раскопок. Синагога была построена на восточной окраине города, вблизи от городских стен еще в I веке до н. э., то есть раньше, чем синагоги в Масаде и в Иродионе, возникшие незадолго до разрушения Храма. Она была также значительно больше и красивее их обеих.

Зал синагоги в Гамле размерами 25,5 на 17 метров, имел прямоугольную форму. Четыре ряда колонн внутри здания поддерживали его крышу и разделяли внутреннее помещение на центральную часть и окружающие ее галереи-портики. Вдоль всех четырех стен были сооружены каменные скамьи. Искусно обработанные колонны по углам центрального зала имели особенное сечение в виде «символа сердца». Синагога в Гамле включала целый комплекс помещений, в том числе ритуальный бассейн (микву).

Действительно ли это синагоги?
Строения, найденные в Масаде и Иродионе, отличаются от того, что было обнаружено в Гамле. Тем не менее все три имеют общие черты: зал, крышу на колоннах, скамьи, расположенные по периметру стен. Безусловно, речь идет об общественных зданиях, служивших местом собраний. Однако наряду с этим очевидным свидетельством ни одной находки, однозначно подтверждающей то, что в зданиях молились или читали Тору, – например, ковчега для свитков Торы или помоста, с которого читают Тору, так и не было найдено. Не были обнаружены там и надписи – мозаичные или вырезанные на камне. Не были найдены элементы орнамента или символы, имеющие религиозное значение, такие как менора, ковчег для свитков Торы, четыре вида растений (необходимых для исполнения заповедей праздника Суккот), шофар (рог) или «махате» – совок для углей, использовавшийся в храмовых ритуалах, – подобные тем, что украшали синагоги, построенные уже после разрушения Храма.

Идентификация строения в Масаде как синагоги, сделанная на основании найденных там свитков и остраконов, была вполне логичной. В то же время в отношении двух других зданий вывод был сделан лишь на том основании, что они походили на синагогу в Масаде. Достаточно ли этого, чтобы решить, что в Гамле и в Иродионе также были обнаружены синагоги?

Дополнительным доводом в пользу такого предположения стало обнаружение еще двух строений в ходе археологических раскопок древних поселений в конце XX века. Одно из них, Хирбет Бад-Иса, было открыто в городе Модиин-Илит (Кирьят-Сефер), другое, Хурват Ум эль-Умдан – неподалеку, в городе Модиине. Оба места были идентифицированы как еврейские поселения, во-первых, благодаря найденным там ритуальным бассейнам (миквам), внутри которых была обнаружена каменная посуда, свидетельствующая о тщательном соблюдении алахических законов о чистоте и скверне, а во-вторых – на основании захоронений, характерных именно для еврейской традиции того периода.

Синагога в Хирбет Бад-Иса была обнаружена в 1995 году археологом Ицхаком Магеном, в ходе спасательных археологических раскопок, проводимых перед началом строительства города Модиин-Илит. Обнаруженное там еврейское поселение существовало начиная с эллинистического периода, вплоть до восстания Бар-Кохбы. Синагога была построена в I веке до н. э. и занимала площадь 9,6 квадратных метра. Ее фасад был обращен на север и выложен хорошо оттесанными камнями. Вдоль трех стен строения протянулась ступень, облицованная каменными плитами, служившая скамьей. Плоская деревянная крыша, вероятно, лежала на арках, опиравшихся на два ряда колонн с дорическими капителями, расположенных вдоль северной и южной стен. Обнаруженный археологами кусочек окрашенной в красный цвет штукатурки указывает на вероятность того, что стены, а возможно, и колонны, были украшены фресками.

Синагога в Хурват Ум эль-Умдане, расположенная всего в семи километрах от Хирбет Бад-Исы, была открыта Управлением древностей в 2000 году, также во время спасательных археологических раскопок, проводившихся перед началом прокладки шоссе. Здесь был обнаружен поселок, возникший в конце III или начале II века до н. э. и тоже просуществовавший вплоть до восстания Бар-Кохбы. В западной части руин было обнаружено общественное здание, идентифицированное как синагога, которую, по мнению археологов, трижды перестраивали.

Последний и лучше всего фиксируемый этап истории этого здания относится к раннему Римскому периоду – времени правления царя Ирода. В том виде, который здание приобрело в то время, судя по всему, оно сохранялось с небольшими изменениями до самого восстания Бар-Кохбы. Ниже обнаружены остатки более ранних зданий. Во-первых, это строение Хасмонейского периода, датируемое концом II или началом I века до н. э., похожее по своему устройству на здание Римского периода и, как видно, также служившее синагогой. Во-вторых, еще глубже обнаружили строение поменьше, относящееся к концу III или началу II века до н. э.

Строение Хасмонейского периода имело прямоугольную форму, размеры 11 на 6,5 метра и большой двор вокруг. Вход в зал был со двора и располагался в середине восточной стены. Важнейшей из обнаруженных в этом зале деталей был ряд скамей, протянувшихся вдоль трех стен. Сами стены были украшены росписью, выполненной в технике «а секко» (по сухой штукатурке), о чем свидетельствуют многочисленные кусочки штукатурки, окрашенной в различные оттенки красного, желтого и белого цветов, обнаруженные в культурном слое, обрушенном на пол зала. Во времена царя Ирода зал был расширен на восток и разделен двумя рядами колонн, от которых сохранились лишь основания, а скамьи поставили вдоль всех стен. В этот же период во дворе синагоги была обустроена миква.

Здания, раскопанные в Хирбет Бад-Исе и Хурват Ум эль-Умдане, схожи по своему строению с теми, что были обнаружены в Масаде, Иродионе и Гамле. С одной стороны, последние находки не подтверждают идентификацию всех пяти строений как синагог. Ведь и в двух последних не было обнаружено никаких явных свидетельств их предназначения. Более того, во всех этих строениях нет никаких архитектурных признаков, указывающих на ориентацию в сторону Иерусалима, обнаруживаемую в большинстве синагог, построенных после разрушения Храма. Тем не менее похоже, что два открытых последними строения все же позволяют с большей уверенностью считать все пять объектов синагогами.

Речь, без сомнения идет об общественных зданиях, где происходили собрания. При этом в Бад-Исе и Ум эль-Умдане собирались рядовые граждане, а не повстанцы, как в Масаде или в Иродионе. Как мы уже видели, в источниках упоминаются дома собраний (синагоги) или дома молитв в городах и деревнях Израиля и за его пределами. Обнаруженные здания вполне подходят для описанной в этих источниках деятельности. При этом свидетельств о каких-либо других общественных зданиях у нас нет. Таким образом, с большой долей вероятности мы можем предположить, что обнаруженные здания и есть «дома собраний» и «дома молитв», то есть — синагоги, служившие для изучения и чтения Торы, а также для молитв. Не кажется особенно проблематичной и ориентация зданий, поскольку, согласно источникам, основной деятельностью синагог поначалу было изучение и чтение Торы, и лишь позднее молитва стала играть в них главную роль.

Менора на берегу Кинерета
Наконец, в 2009 году в поселке Мигдаль на берегу озера Кинерет, в ходе спасательных археологических раскопок перед началом строительства гостиницы было обнаружено еще одно строение, идентифицированное как синагога. Здание состояло из трех расположенных одно за другим помещений: притвора, ведущего в зал, самого зала и еще одной маленькой комнаты, в которую можно было из него попасть. Похоже, что вход, следов которого найдено не было, располагался в западной стене притвора. Зал был со всех четырех сторон окружен приподнятой поверхностью, по периметру которой, как и по периметру самого зала, располагались каменные скамьи. В восточной части приподнятой над залом поверхности был обнаружен мозаичный пол с изображением цветка розы в обрамлении меандра (ортогонального орнамента), характерного для мозаичных полов, найденных при раскопках домов в Верхнем Иерусалиме того же периода. Стены и колонны здания были украшены цветными фресками. По мнению археологов, синагога была построена в I веке до н. э. и разрушена во время Великого восстания (Первой иудейской войны).

Особенность же этой синагоги в том, что именно там впервые удалось обнаружить деталь синагогальной утвари. На полу был найден крупный каменный предмет в виде параллелепипеда, стоящего на четырех невысоких ножках, с выступами по углам верхней грани, украшенной, как и боковые грани, искусной резьбой. На одной из боковых граней изображена менора с семью лучами, стоящая на прямоугольном постаменте, в обрамлении двух амфор, расположенных по бокам, а по углам вырезаны колонны. Для чего именно служил этот объект, пока не ясно. Тем не менее важность его велика. Ведь это первая находка очевидного еврейского символа в строении, идентифицированном как синагога, существовавшем при этом еще до разрушения Храма.

Помимо перечисленных выше строений, обнаруженных в Израиле, которые, вероятно, являются синагогами, были обнаружены еще и некоторые руины зданий, построенных до разрушения Храма, возможно, также служивших синагогами. Одно из них – это «синагога в Иерихоне», напоминающая синагогу в Гамле. Это строение, расположенное на севере города, на краю руин зимнего дворца Хасмонеев, было идентифицировано как синагога Эхудом Нецером. Оно также состоит из нескольких помещений, включая, в том числе, и микву.

Античный дом культуры
Во всех упомянутых здесь синагогах, за исключением той, что была найдена в Мигдале, среди внутренних помещений или поблизости от здания были обнаружены миквы. То, что в Мигдале миквы найдено не было, легко объясняется близостью поселка к озеру Кинерет. Иными словами, миква – характерная деталь, объединяющая синагоги эпохи Второго Храма. При этом возле синагог, построенных после разрушения Храма, миквы строились лишь иногда. В чем причина подобного изменения? Израильский археолог, профессор Рони Райх предполагает, что первоначально в синагогах устраивались праздничные ритуальные трапезы, и не исключено, что их проведение требовало от участников той или иной степени ритуального очищения. В свою очередь, его коллега, доктор Йонатан Адлер, считает, что миквы предназначались для ритуального очищения мужчин после семяизвержения («баалейкри») – в соответствии с установлением, существовавшим в период Второго Храма (Вавилонский Талмуд, Бава Кама, 82) и отмененным впоследствии амораями (отчего возле более поздних синагог миквы уже не устраивали). Другое возможное объяснение строительства микв возле синагог в период Второго Храма связано с тем, что они могли служить для ритуальных омовений, как это было принято в Храме. К слову, это омовение не означало очищения, поскольку согласно Мишне (трактат «Йома»), даже ритуально чистый человек должен был пройти через омовение перед тем, как подниматься в Храм: «Ни один человек не входит в Храмовый двор для служения – даже чистый – пока не окунется» («Йома», 3:3).

Так все же, когда впервые появились синагоги и почему? До тех пор, пока не будет обнаружено новых находок, нам придется опираться на существующие сегодня археологические данные. Из них же следует, что самое древнее свидетельство существования синагог относится к III веку до н. э., иначе говоря, институт синагоги формировался на протяжении периода Второго Храма. Как в Израиле, так и за его пределами, синагога стала явным признаком наличия еврейской общины, играя в ней все более важную роль. Источники I века указывают на то, что литургическая деятельность в синагогах включала чтение и изучение Торы, а параллельно с ней кипела и активная общественная жизнь. Судя по всему, до разрушения Храма синагога прежде всего была общественным институтом, своего рода домом культуры, в котором также, а возможно, и главным образом, велась религиозная и духовная деятельность. Так, по крайней мере, можно судить и по самому смыслу слова – «дом собраний». В то же время, пока существовал Храм, скорее всего, в Израиле синагога была в гораздо меньшей степени местом проведения молитв, поскольку термин «дом молитв» использовался преимущественно за пределами страны.

Так или иначе, наличие синагог ни в коей мере не умаляло значения Храма, с которым они не конкурировали. Храм оставался важнейшим религиозным, и в немалой мере политическим центром страны. В синагогах же кипела общественная жизнь отдельных поселений, и они были социальным, культурным, духовным и религиозным центром каждого из них.

Другие новости и советы по теме: